среда, 7 июня 2017 г.

Минутка юмора, или Суровая античная правда



С утра Анахарсису не было покоя. Его лучший друг Диоген наотрез отказывался отдавать тунику, которую любезно согласилась постирать супруга Анахарсиса – правда, в обмен на его обещание в течение трех дней не читать ей никаких философских трактатов. С одной стороны, размышлял Анахарсис, это было просто шантажом: стирка туники не стояла таких жертв, и в любой другой ситуации Ксантиппа бы заслужила за свою наглость двойную порцию трактатов в день. А с другой стороны, соседи угрожали сжечь бедняжку Диогена вместе с его жилищем, то есть бочкой, если туника не будет немедленно постирана, а сама бочка не будет дезинфицирована и избавлена от кучи мусора вокруг нее. Дело в том, что Диоген не уделял таким мелочам как мусор и личная гигиена особого внимания…

Через пять минут беседы с другом Анахарсис осознал, что уговорить Ксантиппу выстирать тунику было половиной беды, а вся беда заключалась в том, чтобы уломать Диогена вылезти из бочки. По-видимому, вино, которое выпил Диоген за день этого, оказалось перебродившим – иначе трудно было объяснить, почему киник вдруг стал объясняться на ломаном языке, называть бочку лоном, в которое он наконец-то вернулся после долгого пребывания под пятой персидского царя Ксеркса (тут надо отметить, что Диоген за всю жизнь в глаза ни разу не видел Ксеркса, да и никто из жителей Афин его не видел, и как он, находясь в отдалении, умудрялся держать Диогена под пятой, для Анахарсиса осталось загадкой).

Диоген же, ни на минуту не замолкая, повествовал о страшных кознях тирана: он нанес повреждения лону…, то есть бочке, выломав из нее две доски. Он нарочно загораживал Диогену солнце, причем умудрялся это делать даже в самые пасмурные дни. Он украл у Диогена то, что тот ценил превыше всего…, к сожалению, что именно, Анахарсис расслышать так и не смог, потому что, дойдя до этого пункта, Диоген начал заливаться горючими слезами. Вроде бы речь шла о какой-то трубе… Но главное – в том, что Ксеркс, как выяснилось, годами не позволял Диогену вернуться в лоно и заставлял его говорить на древнегреческом, хотя вся тонкая и трепетная душа киника изнывала от желания говорить на том самом ломаном языке, на котором он теперь излагал свои беды Анахарсису.

По природе своей Анархасис был очень добрым человеком, поэтому он терпеливо стоял возле бочки и выслушивал эти причитания. А вот проходивший мимо Солон не отличался кротостью чувств и изысканностью манер. Увидев Анахарсиса рядом с Диогеном, он первым делом нахмурился, в результате чего до боли стал похож на разгневанного Зевса.

- Опять ты ходишь к этому бомжу, - недовольно констатировал Солон, укоризненно глядя на Анархасиса. – Что ты находишь в общении с ним, выше моего понимания.

- У него горе, - смущенно пояснил Анахарсис.

- Какое горе?

- Он говорит, что на него напал Ксеркс и, в общем…, повредил бочку…

- Лоно! – негодующе поправил незамедлительно прекративший рыдать Диоген.

- … и украл какую-то трубу, и еще заставлял на древнегреческом говорить…

Солон взвел глаза к небу, явно рассчитывая на то, что боги пошлют ему, как минимум, месячный запас терпения.

- Анахарсис, - стараясь говорить, как можно мягче, сказал он. – Откуда здесь Ксеркс? Он родится только через триста лет! Я, правда, не очень понимаю, откуда все мы здесь взялись в одно время, ну, ладно, к тебе и Ксантиппе я как-то еще привык, чего не скажешь о Диогене. Что же касается бочки, так и Аид с ней, может, твой дружок наконец-то подыщет себе более пристойное жилище.

- Бочка – це Европа! – разъяренно возопил Диоген.

- Кто???

- Не знаю, - неуверенно ответил Анахарсис на недоуменный взгляд Солона. – Вроде бы так лесбиянку зовут, которая в соседнем доме живет. Нет. – почти закричал он, увидев, как брови Солона заинтересованно поползли вверх. – Не спрашивай меня, какая связь между ней и его бочкой, я принадлежу к другой философской школе, у нас бочка – это бочка, а лесбиянка – это лесбиянка. И вообще мне некогда!

Развернувшись, Анахарсис стал стремительно удаляться от друзей по направлению к дому. Диоген посмотрел ему вслед, вытер остатки слез со щек и весело подмигнул Солону:

- Во зануда, а? И главное – никогда грошей не допросишься, не то, что у тебя. А кстати…, - Диоген изучающе посмотрел на Солона. – Кто не скачет, тот ксерсит!!!!

Анастасия Скогорева

P.S. Автор был вдохновлен на написание этого произведения братом третьего по счету президента Украины, за что вышеназванному брату большое спасибо и просьба писать еще, потому как не каждый день и даже не каждое столетие, и даже не каждое тысячелетие...

Комментариев нет :

Отправить комментарий