воскресенье, 30 сентября 2018 г.

Новая гибридная агрессия России


Финны отчасти исправились. После позорного 2017 года, когда звание мисс Хельсинки явно несправедливо досталось негритянке со слабомодельной внешностью, наступил 2018 год, и финны присудили звание мисс Финляндии Алине Воронковой. Как вы можете видеть на прикреплённой к статье фотографии, на этот раз решение жюри встретило большее понимание публики.

Девушку, конечно, травили в финской школе из-за её русских корней, однако всё же финны встретили победу госпожи Воронковой с радостью и восхищением. «Русский бэкграунд в национальном конкурсе красоты — это как допинг в спорте», — смиренно признают очевидное комментаторы.

Предыдущая «мисс Хельсинки» выглядела так:



Ой, я столько не выпью. А финны таки да, выпьют.



Новой Европе — новая европейская красота. Бешенцы одобряэ.


Статья четырнадцатая

Статья под таким номером в нашей Конституции — об отделении Церкви от государства и школы — от Церкви.

А теперь поговорим об этом мягко говоря — лукавстве.

Ну и начнём с того, что сам принцип единобожия появился вследствие развития политической системы государственного устройства. Т.о. это был политический заказ в процессе усовершенствования политического строительства именно государства.

А посему с самого начала принятые «на вооружение» религии тут же объявлялись государственными.

Рассмотрим устройство Церкви.

Это две «ветви» — приходы и монастыри. И если первое — чисто «гражданская ветвь», то вторые — совмещали в себе несколько функций уже государственных.

1 — места хранения денежных и материальных средств на случай войн или стихийных бедствий в виде неурожаев или иных — землятресения, наводнения и т.д. Нынешний «Росрезерв» и «Росхран».
2 — арсеналы. Места хранения резервов вооружений.
3 — места концентрации и обучения воинского людского резерва. Опорные пункты мобилизации при необходимости.

Из всего этого наглядно видно, что никоим образом Церковь не была отделена от государства. Напротив, она была неотторжимо встроена в государственный аппарат.

Ну и четвёртая функция Церкви — управление и сохранение государственных архивов. Кстати — одна из важнейших функций. Перефразируя: «Дайте мне под управление Госархив и я сделаю из вашего государства — всё, что захотите».

Ну а пятая — духовный контроль населения.

И тут уж не приходится удивляться, что церковные иерархи принимали такое деятельное и значительное участие в политических делах государств во все времена, не исключая текущее время.

Они ведь имели и ресурсы и силу для оказания давления на «светскую» власть. Ну и вы же прекрасно понимаете, что раз есть рычаги влияния в политике — они непременно будут употреблены.

Посему все эти разговоры про «отделение», «разграничение» и т.д. — являются мягко говоря лукавством, а просто по народному — враньём.

Тем же самым являются и разговоры про «разделение ветвей власти».

Как там в писаниях? «Дом разделённый в себе — погибнет». Точно так же и государство, допустившее разделение целей и задач внутри себя — ждёт тот же финал — гибель.

Кстати — в советское время — Церковь всего лишь была достаточно сильно ограничена в возможностях использовать рычаги влияния. Что им совершенно не нравилось и не нравится. Как вот например сейчас — промышленникам не нравится их зависимость от финансистов. Вплоть до «войны» с ними.

Ну и вот. А специально для умников, которые начнут возражать, что, дескать, теперь — нет у монастырей функции арсеналов — а вы в этом — точно уверены?

Пардон, если кому покажется, что «гружу» в выдохной.

З.И.Л.

Евросоюз начал травить США

Европейские бюрократы начали применять свои грязные приёмчики против США. Эмманюэль Макрон призвал страны мира отказаться от торговых соглашений с теми, кто не уважает Парижское соглашение о снижении выбросов углекислого газа в атмосферу. Речь идёт, конечно же, об американцах, так как США сейчас остаётся единственным значимым государством, которое это соглашение принципиально игнорирует.

Что касается Макрона, не нужно испытывать иллюзий: для него это просто удобный предлог занять показательно жёсткую позицию по переговорам с США.

Для Трампа пойти на уступку по данному вопросу просто невозможно, причём по сугубо политической причине: он превратил выход из Парижского договора в один из символов своего президентства, и он от этого не может отказаться.

Макрон может заблокировать любые переговоры ЕС с США. Так что ни о каком перемирии в торговой войне уже не может идти и речи.

Немцы тем временем полагают, что торговая война отразится на Германии самым болезненным образом — заточенная на экспорт немецкая экономика очень чувствительна к вражеским пошлинам и тарифам.

Немецкие эксперты не указывают никаких временных рамок для негативного сценария, включающего эскалацию и рецессию. Однако они снизили прогноз по росту ВВП Евросоюза с 2.2% до 1.7%. Это означает, что торговый конфликт уже в этом году спровоцировал негативные экономические последствия.

Если раньше экспертный консенсус заключался в том, что мировая экономика переживёт даже довольно серьёзную торговую войну, то сейчас уже обсуждается вопрос о том, насколько серьёзной будет рецессия в случае эскалации войны.

Для Германии и ЕС в целом напрашивается только один выход из ситуации: нужно сделать США настолько больно, чтобы убедить в бесперспективности давления на Евросоюз. Это сложная, но решаемая задача. Тем более, что вопрос о торговом перемирии снят с повестки дня, после того как французский президент Макрон фактически отказался заключать торговые соглашения с США под предлогом борьбы за экологию.

fritzmorgen


Опора нации

https://imgprx.livejournal.net/d0f9add53ed5e276bb5b6f89936cbc542e1b0a3b/0Q7MMOatlradPeABfT7PzbFiQdW-mJeHvmK3plKZZP8v0o6l7BTIr_i3IXSnVbcv_BHnQ_ymQ4K4lH5OygUR1GRYhwY9LmQgoTpk2JcRecc"Перший вишкіл новоствореної Донбаської підгрупи осередків. Ми завжди готові до бою за нашу священну Державу і Nацію. Перемога буде за Нами!"

Для плохо знающих украинский поясню - социал-националистическая ассамблея Украины, куда входят партии и движения фашистского толка. Слово фашизм они стараются не употреблять, но символика, программы и цели те же, что и у бесноватого - украинская нация богоизбранная, все остальные могут существовать рядом только признавая ее верховенство, законы пишет титульная нация и нация превыше всего в том числе и отдельного человека.

Фото наглядно демонстрируют к чему готовится элита украинской нации и опора.







Обращаю внимание на несколько моментов. Впервые я надыбал на этот материал в 2009 году, опубликовал 25 июля (Опора нации). И нацики эти - Донбасские. Пройдет 5 лет и они будут убивать своих соседей. Не так, конечно. И не сразу. А когда их танками и самолетами сзади подопрут.

Вот только не надо рассказывать, что всякие регионалы и коммунисты этого не видели. Все эти негодяи во многом и сегодня сидят в киевских кабинетах. Да и те, что утратили власть, вовсе не утратили собственность.

Все всё знали и понимали, все видели, куда оно идет. Но всем было плевать.
 
 

Безымянная украйна Польши на карте Боплана 1648 года

« … Умник ты, Саша, а всё же
Надо историю знать
И географию тоже».
«Дедушка», Н. А. Некрасов.

Вступление

В истории картографии хорошо известен чертёж земель в бассейне реки Днепр Г. де Боплана датируемый 1648 годом. Он прилагался к его книге, изданной во Франции в 1651 году. Вместе с другими его картами они являются важными историческими документами середины XVII столетия. В русской картографии упомянутый чертёж известен как «Генеральная карта Украины» 1648 года. Сегодня считается очевидным, что она изображает историческую область Украина той эпохи. Это заблуждение, которое легко опровергнуть, проанализировав работы Боплана. Посмотреть поближе их стоит и по другим причинам.
http://s1.radikale.ru/uploads/2018/9/25/4d465a72336f369fa2b8067f28ddc0fb-full.jpg
Во-первых, полезно установить значение польского слова Ukraina в работах Боплана и убедиться, что в середине XVII столетия оно являлось обыкновенным словом совершенно не имевшим того значения, которым его наделяют сегодня. Оно даже не являлось географическим названием для Днепровских земель.

Во-вторых, карта 1648 года позволит узнать, почему среди множества областей на границах Польши именно Днепровскую сторону поляки постепенно стали связывать с этим словом. Станет понятным, почему слово Ukraina начало оформляться в польском языке в синоним южных пограничных земель Польши приобретающих с начала XVII столетия гадкую репутацию среди населения Польского королевства.

Читать далее ...
 
 

Мы знаем, за что ещё Россия нам должна!

RuBaltic.Ru реконструировал прибалтийскую систему мышления и предположил, что еще Россия «должна возместить» Прибалтике.

1. СПГ‑терминал

Терминал сжиженного природного газа Independence завезли в Литву, чтобы обеспечить энергетическую независимость от России и создать рыночную конкуренцию российскому газу.

В том, что Литва тратит огромные деньги на содержание убыточного терминала, виновата Россия. Не было бы России — не было бы и терминала.

Терминал сжиженного природного газа Independence / Источник: baltnews.ltТерминал сжиженного природного газа Independence / Источник: baltnews.lt

Поэтому пусть теперь «Газпром» оплачивает СПГ‑терминал, раз уж Литва арендовала Independence назло ему.

2. Белорусская АЭС

За годы истеричной борьбы со строительством Островецкой атомной станции в Беларуси литовские политики истратили на АЭС все свои нервы. Поэтому «Росатом» обязан компенсировать им моральный ущерб.

Аргументы о том, что нервничать было совершенно не из-за чего, потому что безопасность атомной станции была многократно подтверждена экспертами МАГАТЭ, не принимаются.

«Отец нации» Ландсбергис давно сказал, что Белорусская АЭС строится специально назло Литве, чтобы бесить литовских политиков самим фактом своего существования, напоминая им, что у Беларуси теперь есть атомная станция, а Литва свою АЭС уничтожила.

Белорусская АЭС / Источник: Naviny.byБелорусская АЭС / Источник: Naviny.by

3. Военные расходы

Россия виновата в том, что страны Балтии вынуждены год от года увеличивать военный бюджет в ущерб другим бюджетным расходам.

Если бы Литва, Латвия и Эстония не боялись России, то им бы не пришлось так тратиться на оборону. Поэтому милитаризацию Прибалтики должен оплачивать Кремль.

Доказывать, что Россия все эти годы не давала странам Прибалтики никаких оснований ее бояться, бесполезно. Раз боятся, значит, имеют на это основания, даже если Россия вообще ничего не делала. Пусть платит за то, что она такая большая, страшная и холодная, что пугает соседей одними размерами и географическим положением.

Иллюстрация: newvz.ruИллюстрация: newvz.ru

4. Выход из БРЭЛЛ

Выход стран Балтии из электрокольца БРЭЛЛ (Беларусь — Россия — Эстония — Латвия — Литва) должна оплачивать Россия. А кто еще? Ведь выходят страны Балтии из БРЭЛЛ из-за России — чтобы не состоять с ней в одном электрокольце. Вот пусть Россия им этот выход и оплачивает.

Фото: politikus.ruФото: politikus.ru

5. Ремонт инфраструктуры

Практически всю нынешнюю инфраструктуру Литвы, Латвии и Эстонии: дороги, порты, мосты, туннели, жилые кварталы — строил Советский Союз. Поэтому ремонтировать всё это должна Россия, как его правопреемница. Почему в Латвии или Литве дороги такие раздолбанные? Потому что Прибалтийские республики не просили русских их строить. Сами построили — пусть теперь сами и ремонтируют.

А если не хотят ремонтировать, пусть возмещают странам Прибалтики экономические потери от того, что у них такие плохие, неотремонтированные дороги.

Состояние дорог в Латвии / Источник: baltnews.lvСостояние дорог в Латвии / Источник: baltnews.lv

6. «Мягкая сила»

Угрозу безопасности Прибалтики представляют не только российские танки, но и российская «мягкая сила», действующая на литовцев, латышей и эстонцев через музыкантов, актеров и прочих деятелей культуры.

Всякие гастроли российских театров в Прибалтике, любые концерты эстрадных певцов, ротация их песен на радио и продажи русской классической литературы являются ударом по суверенитету стран Балтии, инструментом их вовлечения в российскую сферу влияния через культуру.

Всё это подрывные акции Москвы, поэтому Москва должна выплачивать Литве, Латвии и Эстонии материальные компенсации за то, что она эти акции проводит.

Источник: goodfon.ruИсточник: goodfon.ru

7. Работа спецслужб

Службы безопасности в Литве, Латвии и Эстонии заняты исключительно Россией. Их ежегодные отчеты почти полностью посвящены «русской угрозе», их деятельность сводится к поиску русских шпионов, разоблачению путинской «пятой колонны», действующей в странах Балтии, и нейтрализации «руки Москвы».

Других угроз безопасности, кроме России и русских, если верить прибалтийским спецслужбам, для Литвы, Латвии и Эстонии не существует.

Если бы не было России и русских, этим странам вовсе не нужны были бы спецслужбы. А раз так, то Кремль и местные русскоязычные в самой Прибалтике обязаны содержать на свои деньги Департамент госбезопасности Литвы, Полицию безопасности Латвии и Охранную полицию Эстонии. И оплачивать деятельность этих организаций по борьбе с ними.

Департамент госбезопасности Литвы / Источник: diena.ltДепартамент госбезопасности Литвы / Источник: diena.lt

8. «Молочка»

Из-за введенного Россией продовольственного эмбарго мясо-молочная промышленность Эстонии, Латвии и Литвы терпит огромные убытки и находится на грани банкротства. Прибалтийские правительства неоднократно обращались по этому поводу в Еврокомиссию с просьбой компенсировать убытки от действий Москвы. Однако обращаться надо не с просьбой, а с требованием и не к Брюсселю, а к самой Москве. Ведь это Москва ввела запрет на ввоз сельскохозяйственной продукции из стран Евросоюза и тем самым «подорвала» прибалтийскую «молочку».

Жалкие оправдания насчет того, что этот запрет был введен в ответ на западные санкции, не пройдут.

Цивилизованный мир уже дал понять, что такая аргументация не работает: западные страны могут высылать сколько угодно российских дипломатов, Россия в ответ не имеет права выслать никого.

Так и здесь: Запад имеет право вводить санкции против России сколько угодно, но ответные санкции — это экономическое давление, убытки от которого Москва обязана возместить.

Источник: healthy-kids.ruИсточник: healthy-kids.ru

9. Транзит

Прибалтийские порты уже несколько лет подряд теряют заказы и деньги, потому что Россия отказывается перевозить через них свои грузы и переориентирует грузопоток на специально построенные российские порты Балтийского моря. Особенно возмущает демонстративное стремление Москвы не иметь больше дела со странами Балтии и не давать им жить на российские деньги и заниматься при этом антироссийской политикой.

Вся внешнеполитическая философия Прибалтики сводится к тому, что Литва, Латвия и Эстония должны жить на российские деньги, получаемые в идеале в виде компенсаций и репараций, сопровождаемых вечными извинениями и признанием своей вины.

Если Россия не хочет ни извиняться, ни признавать вину (за что угодно), ни выплачивать Прибалтике компенсации и репарации и даже лишает балтийские страны доходов от своего транзита, пусть хотя бы возмещает потери, которые несут Литва, Латвия и Эстония, теряя этот транзит.
 
 

О шведах-освободителях из их же свидетельств

http://3.bp.blogspot.com/-sUNZq-Dcf6k/UUoD_Oc8AsI/AAAAAAAAaW8/QE-uCBwA7LE/s1600/26240411709325375112652.jpg
Карл XII в письме Реншёльду: «Брать и выбирать всё, что только возможно, пусть край терпит сколько хочет… Кто окажет малейшее сопротивление или провинится хоть в малом — того без пощады как можно строже наказывать и жечь.

Если будут объяснять, что у них волохи забрали провиант, то заставить платить вдвое. А там, где будет нападение волохов — там жечь, не считаясь с тем, виновны или нет хозяева. А кого нет дому или есть хоть малейшее подозрение, что собирается выступить против нас — тех прежде всего палить и уничтожать до основания». (под волохами тут местные партизаны).

«По прямым приказам Карла выжигались деревни, опустошались поля, угоняли скот и уничтожали любого, кто осмеливался сопротивляться. Жестокость шведов к местному населению в русскую кампанию 1707-1709 гг. предварялась такими же действиями в Польше» — Frost R.I. The Northern Wars. War, State and Society in Northeastern Europe, 1558-1721. London, 2000. P. 283.

Из шведских листовок, отпечатанных в Амстердаме на русском языке для распространения в России: армия короля освободит народ от «несносного ига и ярости» московского правительства, от «иностранного тягостного утеснения и бесчеловечного мучительства» ради «свободного и вольного» избрания нового «законного и праведного государя» вместо Петра I. Как только утвердится новый государь, шведский король сложит оружие, но будет помогать всем, кто на его стороне. — Подмётное воззвание Левенгаупта 1708 г. // Русская старина. 1876. Т. 16. С. 172-173.

Шведский полковник Н. Юлленшерна — «В этих краях, где мы появились, все жители бежали в леса, так что в деревнях мы не находили ничего, кроме пустых домов, и должны были искать пропитание в земле и в лесу…»

Шведский прапорщик Петре: «Я получил устный приказ <…> сделать вылазку в лес, чтобы найти скот, который как всегда прятался там. Около полудня с 32 солдатами я дошёл до ужасного болота, где напал примерно на 300 крестьян, которые охраняли своих животных. Они так яростно атаковали меня с косами, топорами, кольями и ружьями, что не только я получил два сильнейших удара колом, но у меня было ранено 4 солдата, а один <…>
был убит на месте. не считаясь с моим ожесточённым сопротивлением, они заставили меня бежать и оставить их добро в покое, покуда я не получил помощи от фельдфебеля Бонга с 20 солдатами. <…>

При своём отступлении крестьяне старались увести с собой как можно больше скота и лошадей, но я так упорно преследовал их, что через 3 часа активного отпора они бросили 184 головы скота, 254 овцы и 35 лошадей, помимо 15 убитых и 5 раненых». — Fänrik Robert Petres dagbok 1702-1709 // KKD. Lund, 1901. T. 1. S. 153-154.

«Большой и богатый Могилёв не было времени ни готовить к обороне, ни сжигать его, и 7 июля он без боя был сдан на ограбление Карлу XII, который собирался там с силами и ждал Левенгаупта вплоть до 5 августа. Чтобы выбить от населения хлеб, могилёвцев сажали в воду, жгли огнём, подвешивали к балкам». — Артамонов В.А. Мать Полтавской победы. К 300-летию победы Петра Великого при Лесной. (Институт Российской истории РАН). СПб, 2000. С. 26. Все остальные цитаты приводятся по этой же книге.

Источник:  М1
 

Ещё подборка


31.jpg
32.jpg
33.jpg
34.jpg
35.jpg
36.jpg
37.jpg
38.jpg
39.jpg
40.jpg
41.jpg
42.jpg
43.jpg
44.jpg
45.jpg
46.jpg
47.jpg
48.jpg
49.jpg
50.jpg
51.jpg

Четыре мушкетёра, или Почему опасно перечитывать романы Дюма

При чтении документов о трагических событиях Великой Французской революции (и не только французской), часто возникает вопрос: почему люди – и те, что ещё недавно относительно мирно жили по соседству, и совершенно незнакомые, вдруг так охотно и безжалостно стали уничтожать друг друга только на основании принадлежности к определенному классу или слою общества? Не делая особых различий между мужчинами и женщинами, пожилыми и молодыми, умными и глупыми, жестокими и не очень... Ответить на этот вопрос пытались многие исследователи, историки, философы. Но, иногда ответ можно отыскать и в совершенно неожиданных источниках, казалось бы, не имеющих к данной проблеме никакого отношения. Совсем недавно я, готовясь совершить некое путешествие, решил загрузить в смартфон аудиокнигу для прослушивания в дороге. Что-нибудь лёгкое, не слишком серьезное, чтобы не забивать в отпуске неуместными проблемами голову. Выбор пал на классический и всем известный роман А.Дюма "Три мушкетёра", который был прочитан мной ещё в подростковом возрасте, и оригинальный текст уже основательно подзабылся. В памяти осталась основная сюжетная линия, подкорректированная просмотром различных киноверсий романа – от очень серьезных до пародийных.


Кадр из фильма "Три мушкетера", режиссер Ричард Лестер, 1973 г.


Четыре мушкетёра, или Почему опасно перечитывать романы Дюма

                                            Британский сериал "Мушкетеры", 2014 г.


"Четыре мушкетера" Шарло


Результат нового прочтения оказался весьма неожиданным: я обратил внимание на эпизоды, которые раньше просто пробегал взглядом. И эти эпизоды порой меня просто шокировали. Если суммировать впечатление, произведенное на меня повторным чтением романа, придется сказать, что его герои на этот раз показались мне не такими уж и положительными. А поведение их, в ряде случаев, мягко говоря, не слишком красивым. Вот, например, благородный гасконский дворянин д’Артаньян нанимает в Париже слугу по имени Планше и не платит ему оговоренного жалованья. В ответ на вполне законные просьбы Планше выплатить долг по зарплате, или, в крайнем случае, отпустить его на другую службу, д’Артаньян жестоко избивает его. Данный поступок вызывает полное одобрение у его друзей-мушкетёров, которые приходят в восторг от "дипломатических талантов" гасконца. Ещё более благородный Атос требует от своего слуги Гримо полного молчания и сам не разговаривает с ним: желания своего господина тот должен угадывать по взгляду или жестам. Если Гримо не понимает хозяина и ошибается, Атос спокойно и без всяких эмоций избивает его. В результате, как пишет Дюма (вернее будет сказать, его очередной "литературный негр"), бедняга Гримо почти разучился говорить. Не надо думать, что А.Дюма написал остросоциальный роман, обличающий жестокие нравы того времени: ничуть не бывало – все это сообщается между делом и как само собой разумеющееся. Но вернёмся к тексту. Вот типичный "маленький человек", забитый и несчастный галантерейщик Бонасье просит у своего благородного жильца д'Артаньяна (который задолжал ему приличную сумму за квартиру и отдавать ее не собирается) защиты и помощи в поисках пропавшей жены. Д’Артаньян охотно обещает и то, и другое, начинает в счёт этой помощи пользоваться у своего квартиродателя неограниченным кредитом, требуя лучшего вина и закуски не только для себя, но и для своих гостей. Но помощи никакой не оказывает, более того, позволяет полицейским арестовать его у себя на глазах, что вызывает непонимание и неудовольствие даже у его приятелей-мушкетеров. А защитить галантерейщика очень легко: у д'Артаньяна и его друзей есть и шпаги, и пистолеты, а полицейские безоружны. Когда представители закона попытаются арестовать хорошенькую жену галантерейщика, которая, не дождавшись помощи, сама сбежала из-под стражи, д’Артаньян прогонит их один, просто обнажив шпагу. И вот только теперь гасконец все же великодушно намеревается оказать реальную помощь г-ну Бонасье – планирует заменить его в супружеской постели. Интересно также поведение мушкетёров в гостиницах во время знаменитой поездки в Англию за подвесками королевы. Портос, из-за сущего пустяка ввязался в дуэль, был ранен и остался в гостинице. Хозяин организует для него лечение у местного врача и уход. В качестве благодарности Портос угрожает ему физической расправой, и вообще, требует не беспокоить по таким пустякам, как оплата счетов. Вообще-то, деньги у него были – д’Артаньян выдал ему четверть суммы, украденной г-жой Бонасье у собственного мужа, но Портос их проиграл. И теперь, вместо того, чтобы попытаться как-то договориться с хозяином, терроризирует бедолагу, который не смеет ни выгнать его, ни кому-то пожаловаться. Думаю, любой наш "браток" из 90-х признал бы, что благородный Портос – просто беспредельщик и отморозок и "быкует не по понятиям". С благородным Атосом ещё интереснее: его обвиняют в попытке расплатиться фальшивыми монетами, причем речь явно не идёт о какой-то тюрьме или каторге, все благополучно решится в течение часа-двух. Но Атос психует, ввязывается в схватку и, отступив, баррикадируется в хозяйском погребе. Укрытие не слишком надёжное: был бы реальный приказ кардинала об аресте, вытащили бы Атоса оттуда за 5 минут. Но, подобно пресловутому "неуловимому Джо", никому Атос не нужен. Обнаружив в погребе изрядные запасы вина, Атос забывает обо всем на свете и начинает заниматься тем, что у него в этом романе получается лучше всего: уходит в запой. Хозяина в "приватизированный" им погреб, он, разумеется, не пускает. А когда появляется д'Артаньян, бывший граф действует по принципу "что не съел, то понадкусаю": портит оставшиеся продукты и разливает недопитое вино. Но это, разумеется, всего лишь невинная шалость – данный мушкетер способен на большее. В припадке пьяной откровенности, Атос рассказывает о том, что он, оказывается, аристократ не из последних: граф, «знатный, как Дандоло или Монморанси», «был полновластным господином на своей земле и имел право казнить и миловать своих подданных». И о шестнадцатилетней девушке, «прелестной, как сама любовь», на которой он когда-то женился.


Мила Йовович в роли Миледи


И, обнаружив на плече жены клеймо в виде лилии, «совершенно разорвал платье на графине, связал ей руки за спиной и повесил ее на дереве» (ничего особенного: «всего лишь убийство», – говорит Атос потрясенному этим рассказом д`Артаньяну). Давайте остановимся на минуту и попытаемся сообразить, что же такого могла натворить несовершеннолетняя девочка, что ее заклеймили, как преступницу? Атос скороговоркой отвечает: «была воровкой». Но позже выясняется, что воровкой его жена не была: влюбленный в молодую монахиню священник украл церковные сосуды, чтобы уехать с ней «в другую часть Франции, где они могли бы жить спокойно, ибо никто бы их там не знал». При попытке бегства они были арестованы. Священника заклеймили и осудили на 10 лет. Палач из Лилля оказался братом этого священника, он решил, что малолетняя неопытная девочка (лет 14, наверное, тогда ей было) виновата в том, что её соблазнил взрослый педофил. Что-то очень знакомое, на языке вертится, а, вспомнил!

«Твои волосы, губы, и плечи – твои преступленья, потому что нельзя быть на свете красивой такой».


Он выследил её и самовольно заклеймил. А, между тем, ставшая графиней бывшая монахиня (по утверждению самого Атоса) была умна, образованна, хорошо воспитана и прекрасно справлялась с ролью "первой дамы" графства. Возможно, девочка – сирота из "хорошей семьи", насильно отправленная в монастырь опекуном, присвоившим ее имущество. Но Атосу лень разбираться: повесил ее – и нет проблемы. Так поступает он с женщиной, на тот момент равной ему по статусу. Не трудно представить, как обращался граф с "простонародьем", имевшим несчастье проживать на подвластной ему территории. В общем, был благородный Атос типичным "диким помещиком". Стоит ли удивляться, что потомки крестьян, дворянских слуг, трактирщиков и прочих галантерейщиков, когда пришло время революции, стали дружно уничтожать потомков Атоса, Портоса, Арамиса и д'Артаньяна? Просто потому, что те были дворянами. Слишком долго, из поколения в поколение, копилась ненависть и слишком концентрированной она была, чтобы разбираться, кто из бывших хозяев прав, а кто – виноват. То же самое было и в России.

Итак, к людям из народа герои романа относятся почти как к животным. И никого из окружающих это не удивляет: они ведут себя точно так же, как их сослуживцы, друзья, родственники. Но, может быть, среди людей, равных себе, эти четверо были воплощением и эталоном рыцарства, носителями высоких нравственных идеалов и обладали выдающимися моральными качествами? Увы, здесь тоже не все гладко. Портос на фоне остальных выглядит почти хорошо: всего лишь недалёкий солдафон, на таких, в общем-то, любая армия держится. Ещё он альфонс, находящийся на содержании у 50-летней мещанки (по тем временам просто старуха). Но это русские гусары, если верить анекдоту, «с женщин денег не берут» – французские королевские мушкетеры берут и с огромным удовольствием. И никто не называет Портоса не слишком лестными словами типа une catin или putaine, единственное, чего он стесняется – того, что его содержательница не дворянка.

С Атосом – все гораздо серьезнее: бывший большой барин-самодур, мизантроп, алкоголик и дегенерат с очень странными понятиями о чести и уникальными моральными принципами. Не считает зазорным проиграть в кости имущество своего друга (д'Артаньяна). А в экспедицию за подвесками отправляется, находясь под следствием: из тюрьмы его совсем недавно выпустили под честное слово капитана де Тревилля, который поклялся, что до выяснения всех обстоятельств Атос не покинет Париж. Но что такое для сиятельного графа честь своего командира и что такое элементарное чувство благодарности? Большую часть времени он либо пьян, либо находится в состоянии апатии и безразличия, "светлые" промежутки, во время которых он удивляет всех изысканными манерами и здравыми суждениями – редки и непродолжительны: «В дурные часы Атоса – а эти часы случались нередко – все светлое, что было в нем, потухало, и его блестящие черты скрывались, словно окутанные глубоким мраком… Опустив голову, с трудом выговаривая отдельные фразы, Атос долгими часами смотрел угасшим взором то на бутылку и стакан, то на Гримо, который привык повиноваться каждому его знаку и, читая в безжизненном взгляде своего господина малейшие его желания, немедленно исполнял их. Если сборище четырех друзей происходило в одну из таких минут, то два-три слова, произнесенные с величайшим усилием, – такова была доля Атоса в общей беседе. Зато он один пил за четверых, и это никак не отражалось на нем», – пишет Дюма.

В то время, как отправленная им на смерть юная жена во второй раз за свою короткую жизнь буквально "восстает из пепла", оказавшись в роли доверенного лица и ближайшей сотрудницы самого великого политика и государственного деятеля Франции, граф де Ла Фер скатился до уровня рядового мушкетёра. Более того, он вынужден был инсценировать свою смерть, и скрывает свое истинное имя. Что-то совсем уж скандальное и нехорошее натворил господин граф: настолько серьезное, что привычная отмазка, мол, ничего особенного, «всего лишь убийство», не сработала. И преступление это явно посерьезнее проступка малолетней девочки, которая имела несчастье стать его женой. Кстати, Вы обратили внимание, с какой готовностью, почти радостно, избавляется граф от своей молодой, красивой и ведущей себя безупречно супруги? А потом – сторонится женщин, предпочитая их обществу компанию винных бутылок. Невольно появляются мысли об импотенции Атоса, либо – о его латентной гомосексуальности.

А вот Арамис – самовлюблённый ханжа и лицемер, ухаживающий за собой побольше, чем иные женщины. Между делом Дюма сообщает, что

«Арамис избегал опустить руки из страха, что жилы на них могут вздуться».


Потом:

«Время от времени он пощипывал мочки ушей, чтобы сохранить их нежную окраску и прозрачность».


Далее:

«Говорил он мало и медленно, часто кланялся, смеялся бесшумно, обнажая красивые зубы, за которыми, как и за всей своей внешностью, по-видимому, тщательно ухаживал».


И еще:

«Любуясь своей белой и пухлой, как у женщины, рукой, которую он поднял вверх, чтобы вызвать отлив крови».


А также:

«Руки, на которые сам он (Атос) не обращал никакого внимания, приводили в отчаяние Арамиса, постоянно ухаживавшего за своими с помощью большого количества миндального мыла и благовонного масла».


И, наконец:

«Арамис… написал изящным женским почерком десяток строк».


В общем, тем еще «мушкетёром» был Арамис, в нынешней Европе точно сошел бы за своего. А еще Дюма утверждает, что он любовник государственной преступницы – Мари Эме де Роган-Монбазон, герцогини де Шеврёз. И вот это уже очень серьезно.




Jean Le Blond, герцогиня де Шеврёз


Список обвинений, предъявленных этой дамочке, весьма впечатляет:

Интрига вокруг связи Анны Австрийской с герцогом Бекингэмским (1623-1624 г.г.) – самое безобидное из них.


Рубенс, Анна Австрийская, портрет из музея Прадо


Передача Испании украденных у любовника секретных документов, и организация переписки королевы с королем Испании (1637 г.) – уже серьезнее.

Наконец, планирование государственного переворота в пользу Гастона Орлеанского, в результате которого Людовик XIII должен был лишиться трона.


Филипп де Шампень, Портрет Людовика XIII. 1665 год


И участие в заговоре графа Шале (1626 г.) с целью убийства кардинала Ришелье.


Анри Мотте, Кардинал Ришелье на осаде Ла-Рошели. 1881 год


После смерти Ришелье герцогиня стала участницей «заговора Высокомерных», направленного против Мазарини (1643 г.).

Помните историю с платком, который так некстати поднял с земли и подал ему д'Артаньян? Все обычно объясняют гнев Арамиса его заботой о чести дамы. Нет, все гораздо серьезнее: платок – билет в Бастилию, это пароль, тайный знак, с помощью которого герцогиня отдает приказы и распоряжения своим сообщникам. Второй такой платок д’Артаньян увидит у госпожи Бонасье. Во время тайного визита в Париж герцога Бекингэма (глава враждебного государства!), герцогиня самовольно покидает место своей ссылки (Тур – здесь Дюма ошибается, герцогиня в это время еще в Париже, но в интриге принимает самое деятельное участие) и организует операцию прикрытия, причем сообщниками она руководит из квартиры Арамиса. А сам Арамис вводит в заблуждение людей Ришелье, успешно изображая Бекингэма: «какой-то человек высокого роста, черноволосый, с манерами дворянина, напоминающий вашего незнакомца, д'Артаньян, в сопровождении пяти или шести человек, следовавших за ним в десятке шагов, подошел ко мне и произнес: «Господин герцог», а затем продолжал: «И вы, сударыня», уже обращаясь к даме, которая опиралась на мою руку… благоволите сесть в карету и не пытайтесь оказать сопротивление или поднять малейший шум».


Пауль ван Сомер, герцог Бекингэм (в жемчугах)


Но и это не все: измены в пользу англичан Арамису мало, Дюма не щадит героя и рассказывает ещё одну занятную историю. В дом Арамиса является нищий, и, удостоверившись в его личности, передает кошелек с испанскими золотыми монетами. А также письмо от де Шеврёз, в котором герцогиня называет гостя испанским грандом. Нормальная ситуация? Испанский гранд с карманами, полными золота, вместо того, чтобы посещать лучшие дома и светские салоны Парижа, шляется по Франции в костюме нищего. С точки зрения Арамиса, все нормально и в порядке, никаких оснований для беспокойства нет: просто такой экстравагантный испанский гранд, который любит переодеваться и одаривать золотом незнакомых ему людей. Можно спокойно жить дальше. Однако, все мы прекрасно понимаем, что Арамис получил очередной "грант" от зарубежных "спонсоров" – оплата за ранее оказанные услуги, либо аванс за будущие.

Наконец, д'Артаньян – бесчестный авантюрист, который приятелей-мушкетеров сразу же начинает рассматривать в качестве ступенек, для своей карьеры (так утверждает Дюма) и потихоньку собирает на них компромат. Вернувшись из Лондона, гасконец не проявляет ни малейшего интереса к судьбе мушкетёров, отправившихся с ним. На их поиски он отправляется только после недвусмысленного требования де Тревилля, который спрашивает: «Где мои подчинённые, что отправились с тобой "на воды"? Не знаешь? Так иди и узнай».


Жан Арман дю Пейре, граф де Тревилль


Но особенно мерзко и подло поступает д’Артаньян в отношении бывшей жены Атоса – таинственной женщины, которую в романе чаще всего называют Миледи (My Lady, разумеется). В России почему-то многие называют ее также леди Винтер, хотя на самом деле она леди Кларик (титул барона Винтер носит брат ее английского мужа). Молодая женщина серьезно влюблена в графа де Варда, которого в ходе своей миссии ранил д'Артаньян, она посылает графу письмо, в котором справляется о здоровье и возможности встречи. Служанка Кэтти по ошибке передает письмо Планше – слуге д'Артаньяна. Якобы по уши влюбленный в госпожу Бонасье гасконец, вступает с Миледи в переписку от имени раненного графа. Одновременно он посещает ее дом и убеждается, что леди Кларик к нему абсолютно равнодушна, зато неравнодушна Кэтти, которую д’Артаньян легко соблазняет. Наконец, Миледи назначает интимное свидание лже де Варду, которое проходит в темноте, и Д’Артаньян пользуется "благосклонностью" влюбленной в другого мужчины женщины. Потом, опасаясь разоблачения, чтобы закончить интригу, пишет Миледи от имени де Варда ужасное оскорбительное письмо. Униженная женщина обращается к д'Артаньяну, как к человеку, уже имеющему в обществе репутацию опасного дуэлянта, с просьбой о защите своей чести.

"Убить де Варда? Да с огромным удовольствием, – отвечает д'Артаньян, – Но не бесплатно. И деньги в данном случае меня не интересуют".

И снова становится любовником леди Кларик. Но выполнить свое обещание не торопится. Когда Миледи напоминает ему о нем, говорит:

"Не надо убивать де Варда – он здесь не причем, это я пошутил так. Смешно получилось, правда? Давайте в постель вернёмся".

К удивлению д'Артаньяна, Миледи не смеётся, а напротив, приходит в ярость, при этом неосторожно демонстрируя ему клеймо на плече в виде лилии. Она пытается убить его, и бравый гвардеец бежит из ее спальни и запирается в комнате Кэтти. Его одежда стала законным трофеем леди Кларик, дом он покидает в том, что успела дать ему Кэтти: «женское платье в цветочках, широкий капор и накидка, туфли на босу ногу».

(– Александр Керенский бежит?
– Все бегут!)

Вне себя от страха, д'Артаньян мчится по улице «под крики патрульных, кое-где пустившихся за ним вдогонку, гиканье редких прохожих» и укрывается у Атоса. Причем, слуга Атоса, Гримо, «вопреки своей обычной немоте», встречает его словами: «Что тебе надо, бесстыдница? Куда лезешь, потаскуха?» Далее: «Атос… несмотря на всю свою флегматичность, разразился хохотом, который вполне оправдывался причудливым маскарадным костюмом, представившимся его взору: капор набекрень, съехавшая до полу юбка, засученные рукава и торчащие усы на взволнованном лице».

Честное слово, жалко, что этот эпизод не вошел ни в одну экранизацию данного романа.

Чуть позже приходит несчастная Кэтти, которая знала, кто приходил к госпоже ночью под видом де Варда, а сейчас помогла д`Артаньяну бежать и теперь боится ее гнева.

"Вы же видите, милочка, что я ничего не могу сделать для Вас", – холодно встречает д'Артаньян.

Но высокопоставленная любовница Арамиса как раз просила прислать надежную служанку. Кэтти отправляют в Тур, к де Шеврёз. Бедной девушке можно только посочувствовать – попала из огня в полымя: герцогиня-заговорщица в случае чего опять отделается лёгким испугом (ворон ворону глаз не выклюет), но кто поверит, что служанка-англичанка не связная, присланная из Лондона? Вернемся к д'Артаньяну: в дальнейшем отважный гасконец буквально трясется от страха при мысли, что Миледи может отомстить ему – вплоть до отвратительной расправы над ней, которую организует привычный к таким грязным делам Атос.

Итак, моральный облик героев романа – весьма сомнителен, но, может быть, они беззаветно преданны Франции и королю, что полностью искупает все грехи? Тоже – мимо цели. "Влюбленный" в Констанцию Бонасье д’Артаньян (который на самом деле страдает от "спермотоксикоза") соглашается на весьма сомнительное предприятие – тайную поездку в Лондон к первому министру враждебного Франции государства, при этом цель поездки, в общем-то, остаётся для него тайной – он везёт запечатанное письмо: «Милорду герцогу Бекингэму, Лондон» – такова надпись на конверте. Что в этом письме? Может быть, государственная тайна чрезвычайной важности? И что означают две подвески, переданные Бекингэмом? Может быть, что война начнется через 2 месяца? Или – в союз с Британией вступила ещё одна страна, и Франции придется воевать против коалиции из двух государств? Неизвестно, однако, в награду за визит в Лондон д’Артаньян получает четырех лошадей с богатыми седлами от Бекингэма и дорогой перстень от королевы. Приятели д'Артаньяна легко соглашаются принять участие в этой авантюре, и, похоже, главным их мотивом служат деньги, которые есть у д'Артаньяна: мушкетёры поиздержались и буквально голодают в тот момент. А у д`Артаньяна деньги есть потому, что их украла у своего мужа Констанция Бонасье. И, на этот раз, никого не смущает, что «заказчица» – воровка. Повесить ее, как Атос свою жену, никому даже и в голову не пришло. А потом, во время осады Ла Рошели, Атос, подслушав разговор Ришелье и Миледи, узнает о приказе кардинала убить Бекингэма.


Ла Рошель


Итак, Джордж Вильерс, барон Уоддом, герцог Бекингэмский, шталмейстер Двора, кавалер Ордена Подвязки, лорд-стюард Вестминстера, лорд-адмирал Англии. Король Англии и Шотландии Яков I в письмах по очереди называет его и женой, и мужем, и ласково зовет Стини – в честь святого Стефана (лицо которого «сияло словно лик ангела»). Сохранил свое влияние и на сына Якова – короля Карла I, который после смерти фаворита называл его «мой мученик». Втянул Англию в две неудачные для нее войны – с Испанией в 1625-1630 г.г. и с Францией, которая началась в 1627 г. и закончилась уже после его смерти в 1629 г. Один из самых бездарных и презираемых политиков Великобритании, которого шаловливое перо А.Дюма превратило в положительного героя.


Конный портрет герцога Бекингема. Питер Пауль Рубенс, 1625 год


Из-за Бекингэма Англия вступила в войну с Францией, герцог и слышать не желает о компромиссе, сейчас он готовит высадку десанта в помощь мятежникам, его жизнь – это смерть тысяч, а, может быть, и десятков тысяч французов. Но д’Артаньян восклицает: "Герцог – наш друг! Надо предупредить и спасти его". На что, находящийся в своей "светлой фазе" Атос резонно замечает: сейчас время военное, это будет расценено, как государственная измена, нас ждёт Бастилия или эшафот. Д’Артаньян соглашается с ним, но от идеи предать Францию и любимого короля не отказывается: просто надо не самим ехать, а отправить слуг: одного – в Лондон, но не к Бекингэму, а к английскому деверю Миледи (тот самый лорд Винтер), другого, для верности – к королеве.

"Нет, – говорит опытный заговорщик Арамис (в уме, видимо, подсчитывая размер очередного гонорара), – К королеве тоже опасно: лучше к одной моей знакомой в Тур" (к основной распорядительнице заграничных траншей герцогине де Шеврёз, разумеется – чтобы деньги мимо не прошли).

В общем, предали Францию господа королевские мушкетеры. Но вот беда – не приняли они во внимание выдающиеся способности леди Кларик, которая их стараниями была незаконно арестована сразу по прибытии в Англию. Воспользовавшись не обремененным никакими доказательствами доносом мушкетеров, как поводом, ненавидящий невестку барон Винтер схватил ее и, непонятно на каких основаниях, без предъявления обвинений и без решения суда держал взаперти. Но даже в таких условиях Миледи сумела выполнить поручение Ришелье. В конце книги в отвратительной комедии самосуда над ней, наряду с мушкетерами, принимает участие барон Винтер (высокопоставленный вельможа государства, с которым Франция находится в состоянии войны!). И одно из обвинений – добросовестное выполнение приказа главы французского правительства (убийство Бекингэма).

(Другое крайне сомнительное обвинение – убийство пособницы государственной преступницы де Шеврёз Констанции Бонасье).

Ребята, это уже за гранью, не правда ли? Это не просто измена, и не просто шпионаж – это террористический акт против доверенной сотрудницы кардинала Ришелье, политическое убийство, совершенное в пользу враждебной страны. Господа мушкетеры, если вы не согласны с политикой Франции и методами кардинала Ришелье – подавайте в отставку, не получайте королевское жалованье, отправляйтесь в Лондон и обливайте там грязью свою Родину, дело не новое, ни первыми не будете, ни последними. Но вы давали военную присягу и сейчас нарушили её. Плаху и топор для господ мушкетеров!

«Вы трусы, вы жалкие убийцы! Вас собралось десять мужчин, чтобы убить одну женщину!», – говорит перед смертью Миледи, и с ней невозможно не согласиться.

Мне кажется, что Дюма ошибся с выбором героев: сражающаяся с врагами Франции харизматичная и сильная девушка с трагической судьбой – именно она была достойна стать истинной героиней романа.

Ну а всеми силами приближающие революцию аристократы, если доверять тем сведениям, что приводит в прославляющем их романе А. Дюма, вряд ли могут претендовать на роль положительных героев.

Рыжов В.А.