Германия занимается саморазрушением



Германия, в 2015-м открывшая границы для миллионов беженцев, принимает их до сих пор. Теракты и вооруженные нападения, изнасилования на улицах некогда безопасных городов и пожизненные пособия, оплаченные налогоплательщиками — вот результат, но немцам этого мало.

Убежать от войны или преследований, получить нормальное жилье, обучиться и найти стабильную работу — это то, чего желают многие мигранты и беженцы, пытающиеся начать новую жизнь в Европе. Так думают немцы. Они до сих пор не поняли, что как минимум большая часть приезжих с самого начала не планирует трудиться честно, а некоторые и вовсе просто-напросто «исчезают» на просторах ЕС. Ну то есть покупают поддельные документы и становятся как бы коренными гражданами ЕС.

Результаты расследования, проведенного британским The Guardian и международным журналистским коллективом Lost in Europe, говорят о том, что за три года на просторах ЕС растворились более 18 тысяч мигрантов — детей и подростков. А сколько «растворилось» взрослых — никто даже не пытался считать.

Подобные ситуации создают огромные возможности для преступных сетей: и речь идет не только о поддельных регистрациях, но и о торговле людьми или вовлечении приезжих в незаконную деятельность, в том числе экстремистскую. А потому вполне закономерно, что миграционный кризис 2015-го и последовавший за ним приток беженцев вызвал в немецком обществе рост опасений. Эти настроения лишь усилились после резонансных случаев нападений выходцев с востока на женщин в Кельне в канун 2016 года и похожих преступлений в других регионах Германии.

Поэтому неудивительно, что, по данным статистического агентства Statista, за последнее пять лет в немецком обществе заметно укрепились праворадикальные настроения. Так, если в 2015 году на территории ФРГ были зарегистрированы 6,6 тысячи членов националистических организаций, то уже в 2019 году это число удвоилось. Кроме того, агентство отмечает и устойчивый рост лиц, поддерживающих праворадикальные взгляды: с 23,8 тысячи человек в 2015-м году до почти 33,5 тысячи в 2019-м.

Помимо этого, немцы в принципе все чаще негативно отзываются о мигрантах из стран Африки и Ближнего Востока. По мнению экспертов, это является прямой реакцией общества на организованные исламскими фундаменталистами теракты в середине и конце 2016 года в Мюнхене и Берлине.

Рождественский теракт, произошедший 19 декабря 2016 года в Берлине, унес жизни 12 человек и навсегда изменил судьбы пострадавших и их близких. Многие из них даже спустя годы так и не смогли оправиться от произошедшего как, например, житель городка Нойсс Саша Клостерс, приехавший в тот злополучный день со своей матерью на выходные в столицу:

— Я до сих пор с содроганием вспоминаю этот страшный вечер — его события постоянно всплывают у меня в памяти. Было около восьми часов, давно стемнело, но освещенный рождественскими огнями рынок создавал праздничное настроение. Я помню, как остановился перед киоском с горячим вином и позвонил маме спросить, где она находится, но вместо ответа услышал рев мотора, какой-то грохот и крики прохожих. Спустя мгновенье я ощутил резкую боль после чудовищного удара и на время потерял ощущение реальности. Помню, как приехали полиция и скорая, как люди кричали о теракте и о наезде грузовика на толпу.

Встать я самостоятельно не смог, и врачи доставили меня в больницу на носилках. Там я надеялся встретить маму, но ее нигде не было. Не появилась она и через несколько часов. О ее смерти мне сообщили на следующий день — она одной из первых оказалась под колесами, и травмы стали для нее смертельными

Я по-прежнему не могу до конца поверить, что она ушла, с ней безвозвратно умерла и часть меня. Прошло несколько лет, прежде чем я научился вновь самостоятельно передвигаться без костылей, но боль утраты сильнее любых физических травм.

По словам Клостерса, ему «вдвойне обидно, что нападавший стал одним из многих людей, которых страна приняла и кому оказала помощь в сложное время». Он считает, что относиться к приезжим нужно гораздо жестче, поскольку при нынешнем подходе они продолжают — и продолжат — доставлять проблемы.

— Плата за наше гостеприимство оказалась кровавой. Ни для кого не секрет, что под видом бегущих от ужасов войны и голода людей в Германию прибывают тысячи человек с криминальным прошлым, которые не только не имеют уважения к нашей культуре и нашему образу жизни, но и откровенно ненавидят нас. Эта ненависть очень опасна для немецкого общества и может привести еще большие разрушения в будущем.

Правительству необходимо срочно пересмотреть свою миграционную политику и если не снизить число принимаемых государством просителей убежища, то тщательнее проверять их биографию и хотя бы на это время не разрешать им свободно перемещаться по территории Германии.

В данный момент нет совершенно никакого механизма проверки психического здоровья просителей убежища и ограничения их перемещения. Это значит, что любой человек может приехать к нам из Африки или с Ближнего Востока, выдавать себя за кого угодно и свободно разгуливать по немецким городам и деревням.

Клостерс отмечает, что даже многочисленная охрана лагерей для просителей убежища и их общежитий призвана защищать беженцев от местных жителей, а не наоборот. «Это совершенно неприемлемо для страны, в которой люди хоть немного думают о своей безопасности», — подчеркивает он.

Похожих взглядов придерживаются не только люди, так или иначе пострадавшие от мигрантов. Заводчик собак Петер из Мюнхена считает, что Германия стала магнитом для миллионов искателей счастья, не готовых внести общий вклад в развитие страны и ожидающих лишь подачки со стороны государства:

По отношению к африканцам и арабам вообще не стоит использовать слово «беженец» — оно здесь не к месту. Этих людей правильно называть «экономические мигранты», своими целями и отношениями они ничем не отличаются от приезжих с востока Евросоюза

— Эти преимущественно молодые и крепкие люди смотрят на Германию и Австрию как на возможность легко обогатиться за счет наших налогоплательщиков, в чем им помогает действующее федеральное правительство и чиновники в Брюсселе. Уже сейчас приезжие имеют больше прав, чем коренные немцы, — они могут годами не работать, получать качественное образование, достойное денежное пособие и даже принимать активное участие в политической жизни чужой для них страны.

При этом им всегда и всего мало, и они готовы критиковать нашу страну за недостаточное соблюдение их прав и принуждение к интеграции. Сложившееся положение нужно изменить и немедленно — в противном случае нас ждет неизбежная катастрофа.

Бизнесмен Херманн из поселка Венгерн под Штутгартом также уверен, что эмиграция разрушает немецкое общество. По его словам, под видом беженцев в Германию нередко перебираются террористы и преступники:

— Бедуины в пустыне, племена в джунглях и эскимосы в Арктике, рыболовы в южных морях и охотники на пушного зверя в тайге поколениями живут в экстремальных условиях, но и не думают покидать родные земли. Германии следует полностью пересмотреть свою внешнюю политику и сконцентрироваться только на внутренних проблемах.

Посмотрите, к чему привела миграционная политика в последнее пятилетие: в нашей стране возбуждено несколько десятков уголовных дел о терроризме, на скамьях подсудимых в региональных судах сидят вербовщики «Исламского государства» (ИГ, террористическая организация, запрещена в России), военные преступники, сбежавшие от правосудия, и другие экстремисты, всем сердцем ненавидящие нас и нашу страну.

Немецкие политики ошибаются, когда думают, что демографическую яму можно заполнить беженцами или жителями бедных стран Евросоюза. Нынешний кризис должны решить сами немцы: для этого нужно больше работать, строить крепкие семьи и рожать детей, за которыми стоит единственно возможное будущее нашей страны.

Предприниматель Марлис из пригорода Дюссельдорфа считает, что преступлений со стороны приезжих можно было бы избежать при построении Евросоюзом грамотной миграционной политики:

Несомненно, жителям регионов, страдающих от природных катаклизмов, революций и военных конфликтов, необходимо помогать. Однако помогать потерпевшим нужно в их же странах. Размещение беженцев в многочисленных палаточных лагерях вдали от их дома порождает коррупцию чиновников принимающих стран и не способствует решению сложившихся проблем.

Художник и байкер Олаф из бранденбургской деревни Венцлов считает, что эмиграция может оказывать на государство как положительный, так и отрицательный эффект. По его мнению, правительству Германии в этой связи следует пересмотреть свою политику по отношению к беженцам:

— Я родился и вырос в ГДР, служил техником на советской авиабазе и не вижу большой разницы между восточными и западными европейцами. По своему опыту знаю, что жители бывших социалистических стран охотно учат немецкий язык и становятся частью нашего общества, однако полностью интегрироваться и стать немцами они не смогут никогда, даже несмотря на то, что мы так похожи.

С беженцами ситуация другая: они слишком сильно отличаются от нас своим мышлением, религией и отношением к вере в целом. Эти люди чужды и опасны для немецкого и европейского образа жизни — следовательно, их миграцию нужно ограничить. Для Германии будет вполне достаточно принимать одних лишь восточных европейцев, известных своим трудолюбием и уважением к нашей стране.

Отношение к мигрантам и просителям убежища за последние годы разделило немецкое общество. Канцлер Ангела Меркель с 2015 года была щитом для беженцев, однако этот щит уже несколько лет дает трещины. А потому в преддверии выборов главы правительства, которые состоятся уже осенью 2021 года, голоса умеренных в этом вопросе немцев будут важны самым разным политическим силам. И борьба за них уже началась.

В то время как большинство жителей Германии более или менее, но все-таки положительно относятся к самим иностранцам, число сторонников миграционного курса федерального правительства в целом неуклонно продолжает снижаться. Данная тенденция, без сомнения, приведет к уменьшению популярности провластной коалиции и потери ощутимой части электората для пока еще лидирующего консервативного блока Христианско-демократического союза и Христианско-социального союза (ХДС/ХСС). А с неминуемым уходом Меркель с поста канцлера ближайшей осенью ХДС придется отдать часть голосов своим союзникам и оппозиционным силам.

Вопрос приема мигрантов и беженцев вряд ли станет самым главным на выборах главы правительства, однако он вполне может попортить кровь кандидатам. Так, Армин Лашет, выдвинутый от ХДС/ХСС, ранее твердо поддерживал решение Меркель открыть двери Германии для беженцев. Теперь такая позиция вкупе с недовольством мерами властей по борьбе с пандемией может сильно ударить по его рейтингам.

Стоит отметить и еще одну интересную деталь. Правая партия «Альтернатива для Германии» (АдГ), которая рассматривает ислам как угрозу немецкой культуре и традициям, резко поднялась в рейтингах и пробилась в парламент именно на фоне миграционного кризиса, а сейчас постепенно теряет поддержку населения. Впрочем, теперь она привлекает на свою сторону ярых противников карантинов и локдаунов из-за пандемии.

В итоге кто бы ни стал новым главой правительства, он будет вынужден балансировать между симпатиями коренного электората и голосами натурализованных мигрантов, чей политический вес растет из года в год. Берлин, безусловно, пересмотрит свои квоты по принятию просителей убежища и, возможно, ужесточит условия их пребывания в ФРГ.

На фото в заголовке — 25-летний беженец из Афганистана проходит обучающую программу на производстве Ford в Германии.

Источник

 

Комментариев нет: